Русской школы геософии.
Другое / Геософия в трудах евразийцев / Русской школы геософии.
Страница 6

В конце прошлого столетия сторонником направления географического детерминизма в геософии и одним из оригинальных мыслителей русской школы был видный русский ученый и публицист Л.И. Мечников. Оригинальность его взглядов состоит в том, что он придал им характер историзма и теоретически более четко развил их.

«Я стремлюсь изучить скрытую внутреннюю связь между различными историческими фазами и течениями общими всем цивилизованным народам, и той географической средой, в которой жили и развивались эти народы»[23,с.26]. Рациональным моментом его теории является и то, что он создал ее в противовес западным расистским теориям.

Его высоко ценил видный русский философ, марксист Г.В. Плеханов, отметивший в системе своей концепции истории мировой, общественной мысли значение географического детерминизма. Будучи убежденным марксистом, пропагандистом материалистического понимания истории он подверг тщательному анализу теории русских геософов. Плеханов сближал точку зрения геософии с взглядами Маркса с одной стороны, а с другой – сам рассматривал географический фактор как равноценный элемент в условиях общественного развития человечества. Он отмечал роль географического детерминизма в развитии общества, стоял на позициях географического направления в философии. Отдавая предпочтение географическому детерминизму, он противопоставляет его всем консервативным системам религиозно-идеалистического толка, субъективизму в широком смысле слова. С этих позиций Плеханов анализировал географический детерминизм Соловьева, Ключевского, Мечникова и др.

В «Истории русской общественной мысли», рассматривая суждения Соловьева, он пишет: «за точку исхода всего рассуждения берутся известные материальные условия существования – в данном случае (у Соловьева) свойства поверхности восточной половины Европы»[25,т.8,с.34]. Плеханов, как марксист, обнаруживает у автора «Истории России» также элементы исторического материализма в объяснении того, как влияла географическая среда на общественное развитие России. «Это очень ценные мысли, до сих пор слишком мало принимаемые в соображение теми писателями, которые задумывались о причинах относительной самобытности русского исторического процесса»[25,т.8,с.35].

При этом у Соловьева Плеханов подчеркивает мысль о том, что особенности окружающей географической среды определяют характер произвольной деятельности человека. «Из теории историка вытекает, что однообразие естественных условий, характеризующие Восточно-Европейскую равнину (удаленность от моря и гор), было неблагоприятно, прежде всего, для успехов ее населения в области экономического развития» [25,т.8,с.36]. Плеханов подтверждает реалистический момент во взглядах Соловьева, справедливость его умозаключений относительно характера влияния однообразных естественных средств на экономическую и духовную жизнь славян. И так как экономическое развитие (в данных или других географических условиях) в конечном счете, определяет собою развитие общественно-политическое и духовное, то философия истории, претендующая на научность, не может исключить из экономического фактора и активную совокупную роль внешней природы: «Поэтому с указанием Соловьева на «географические условия», вызывающие однообразные занятия, непременно должен считаться всякий, кто желает выяснить себе ход русского общественного развития»[25,т.8,с.36].

С точки зрения географического материализма Плеханов, также разбирает теорию Ключевского, выделяя момент, когда Ключевский приходит к выводу, что «экономический момент» предшествует политическому»[25,т.8,с.16]. При этом он критикует его за то, что профессор Ключевский не может преодолеть географическую аргументацию «Наказа» Екатерины II, составленного на основе «Духа законов» Монтескье. Поскольку вторая посылка «Наказа», призванная обосновать принцип самодержавной власти звучит так: «Россия по-своему, естественному, т.е. географическому протяжению должна иметь самодержавный образ правления» - не устраняется критической переработкой Ключевским принципа географического детерминизма»[25,т.8,с.19-20].

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7

    Смотрите также

    Философия древнего мира и средневековья
      ...

    Учение о человеке (философская антропология) При мысли великой, что я человек, всегда возвышаюсь душой.
      ...

    Учение Лейбница
    Краеугольным камнем всего учения Лейбница была попытка объединения современной ему науки и философии с идеями и достижениями древних, в первую очередь греческих мыслителей и ученых. Лейбниц был кате ...

    Разделы