Введение.
Другое / Геософия в трудах евразийцев / Введение.
Страница 2

Вдохновителем этого труда был кн. А.А. Ливин – русский аристократ, обладавший даром нетривиального видения традиционных тем. Центром объединения стала Прага.

Общие настроения, пронизывающие всю литературу евразийцев можно назвать антизападничеством и почвенничеством.

Они подчеркивали факт глубокого культурного переворота ХХ века, связанного с кризисом западноевропейской культуры и цивилизации. I мировая война и Русская революция рассматривались евразийцами как знаки провиденья, возвещающие наступление новой исторической эпохи, где центральное и руководящее место будет принадлежать России, а не Европе. На смену западной придет новый тип культуры, поэтому русской эмиграции следует искать духовную опору в первую очередь в русских корнях, русской традиции.[2, с.57]

Основной категорией мышления было определение России как особого географического и исторического мира. Россия не принадлежит ни Востоку, ни Западу. В силу исключительного географического положения, европейско-азиатской протяженности, а также природно-климатических условий «Востоко-Запад» (как называл Россию Савицкий) образует особый, новый субконтинент – Евразию. Он состоит из «отломанной» от Европы европейской части России и «исключенной» из Азии России азиатской. На всем пространстве Евразии, примерно совпадающем с границами России 1914 г., разворачивается вся русская история. Она служит «месторазвитием» евразийского культурно-исторического типа. Надо сказать, что географически евразийцы воспринимали Россию – Евразию (совокупность трех российско-евразийских низменностей – равнин и горных стран, к ним примыкающих) как определенный географический ландшафт, влияющий на историческое развитие.

Мозаичному и дробному ландшафту Европы противопоставляется периодическая система географических зон в Евразии. Параллельным и горизонтальным географическим зонам Евразии – пустыне, степи, лесу и тундре – соответствует особый, волновой ритм исторического развития – череда подъемов и депрессий. Евразийский мир сравнивается с пульсирующим сердцем. Такая поэтическая метафора получила свое развитие в особом виде движения при построении кривой этногенеза в теории пассионарности Гумилева.

Собственно философско-историческая концепция разрабатывалась Вернадским. История Евразии интерпретировалась как история борьбы между «лесом» (оседлыми славянами лесной зоны) и «степью» (урало-азиатскими степными кочевниками). В монгольский период евразийско-русской истории степь победила лес. В середине XV века лес (Московия) взял реванш. Наука русской истории увлеклась изучением роли православия и византийского наследства и прошла мимо очевидного факта обрусения и опрославления татарщины. Она не обнаружила татарский источник русской государственности. Государство московское образовалось на развалинах Золотой Орды и является наследником не Киевской Руси, но империи Чингисхана. Духовным источником Москвы является Византия, историческим – монголо-татары.

Радикальная и пафосная концепция евразийцев бросала вызов катастрофическому мироощущению, господствовавшему в среде эмигрантов, и привлекало на свою сторону ученых, которые жаждали дать свой ответ на извечные вопросы о судьбе России.

Итак, основным направлением евразийцев было рассмотрение взаимодействий окружающей среды, ландшафтов и народов, проживающих на них. Рассмотрим концепции теорий самых ярких представителей евразийства.

Страницы: 1 2 

    Смотрите также

    Русская философия XIX – XX веков
      ...

    Учение о человеке (философская антропология) При мысли великой, что я человек, всегда возвышаюсь душой.
      ...

    Становление
      ...

    Разделы