Философия россии в XIX веке. П.Я. Чаадаев
Другое / Философия России в XIX веке / Философия россии в XIX веке. П.Я. Чаадаев
Страница 2

Это учение о "страшной" силе свободы у Чаадаева стоит в теснейшей связи с учением о поврежденности человека и всей природы, - учением о первородном грехе. Для Чаадаева "субъективный" разум полон "обманчивой самонадеянности"; идеология индивидуализма ложна по существу, и поэтому Чаадаев без колебания заявляет:

"Назначение человека - уничтожение личного бытия и замена его бытием вполне социальным или безличным".

Для Чаадаева источник знания "столкновение сознаний", иначе говоря, взаимодействие людей. Чаадаев, конечно, не отвергает опытного знания, но весь чувственный материал руководствуется идеями разума.

Если реальность "высшего сознания" стоит над сознанием отдельного человека, - то ключ к этому, кроме самой метафизики человека, дан в личности исторического бытия, как особой форме бытия.

Чаадаев подчеркивал, что христианство раскрывается лишь в историческом (а не личном) бытии, но он делает и обратный вывод - само историческое бытие не может быть понято вне христианства. Смысл истории осуществляется "божественной волей, властвующей в веках и ведущей род человеческий к его конечным целям".

Это есть концепция проведенциализма. По Чаадаеву творится Царство Божие и поэтому исторический процесс может быть понят лишь в линиях провиденциализма. Но Царство Божие для него творится на земле, - оттого христианство и исторично по существу, его нельзя понимать "потусторонне".

Для Чаадаева (этого требовала логика его историософии) религиозное единство истории предполагает единство Церкви: раз через Церковь входит божественная сила в историческое Бытие, то, тем самым, устанавливается единство самой Церкви. Отсюда высокая оценка Запада.

"На Западе все создано христианством". Высокая оценка западного христианства определяется у Чаадаева всецело историко-философскими, а не догматическими соображениями.

Горячие и страстные обличения России у Чаадаева имеют много корней, - в них нет какой-либо одной руководящей идеи. Чаадаев не смог включить Россию в ту схему проведенциализма, какую навевала история Запада. Чаадаев откровенно признает какой-то странный ущерб в самой идее провиденциализма: "Провидение исключило нас из своего благодетельного действия на человеческий разум ., всецело предоставив нас самим себе".

В развитии своего философского мировоззрения Чаадаев по-разному решал эту "загадку" России. Вначале он пришел к выводу, что Россия предназначена для того, чтобы послужить уроком для остального человечества. Именно эта позиция выражена в первом из "Философических писем"(которое было опубликовано).

Дальше эти мысли у Чаадаева приобретают большую определенность, он приходит к убеждению, что очередь для России еще выступить на поприще исторического действия еще не наступила.

Дальше он развивает мысль: "Провидение сделало нас слишком великими, чтобы быть эгоистами. Оно поставило нас вне интересов национальностей и поручило нам интересы человечества".

Вся значительность (для русской мысли) построений Чаадаева в том и состоит, что целый ряд крупных мыслителей России возвращался к темам Чаадаева, хотя его решения этих тем имели сравнительно мало сторонников.

Страницы: 1 2 

    Смотрите также

    Жизнь и труды Лейбница
      Лейбниц родился 1 июля 1646 года в Лейпциге. Через три года закончилась Тридцатилетняя война, оставившая Германию в состоянии полного разорения. В течение последующих нескольких десятилети ...

    Русская философия XIX – XX веков
      ...

    Гуманизм, либерализм и свобода
      ...

    Разделы